Газовая привлекательность

Газодобыча Украины становится все интереснее для инвесторов

В Украине проведены важные реформы, способствующие развитию газодобывающей отрасли. Хотя ряд проблем еще предстоит решить, уже удалось облегчить работу газодобытчиков и сделать отрасль более привлекательной для иностранных инвесторов. Об этом в беседе с корреспондентом "ЭнергоБизнеса" рассказал исполнительный директор Ассоциации газодобывающих компаний Украины Роман Опимах.

Нина ШЕРШОВА

— Роман, правительство уже давно заявляет о намерении достичь энергетической независимости. Что уже сделано в этом направлении?

— Правительство взяло амбициозную цель – сделать страну энергетически независимой до 2020 г., такой план был анонсирован приблизительно два года тому назад. Отрасль всецело поддерживает это стратегическое задание и работает над его реализацией.

Конечно, на пути реализации этой цели есть препятствия, но многие из них уже удалось преодолеть. Надо понимать, что любой инвестор перед тем, как принять решение заходить в ту или иную страну либо инвестировать в тот или иной проект, анализирует ряд рисков. Все риски, если не затрагивать геологические, можно поделить на три группы: фискальная система, разрешительный режим и правила доступа к недрам.

В фискальной и разрешительной системе в этом году вступили в силу очень важные системные изменения, над подготовкой которых мы системно работали. Они реализованы под патронатом премьер-министра Украины при участии правительства и депутатов. С 2018 г. газодобывающая отрасль Украины имеет одну из самых привлекательных фискальных систем в мире. Это уже признают лидирующие профильные и зарубежные аналитики.

. Была введена стимулирующая рента на бурение новых газовых скважин на суше. Правительство гарантирует стабильный фискальный режим до 2023 г. на такие проекты. Вступила в действие децентрализация ренты, когда 5% рентных платежей отчисляется на потребности и на развитие местных общин. Это важные вещи, которые позволяют повысить интерес к отрасли, и мы уже видим первые результаты. По предварительным данным, количество новых заложенных скважин у частных предприятий в I полугодии 2018 г. увеличилось на 50% по сравнению с I полугодием 2017 г. Мы также ожидаем, что в этом году прирост добычи газа составит порядка 7%. Это существенный рост.

Вторая важная реформа, которая уже реализована – это дерегуляционные изменения. Был принят соответствующий закон (Закон №2314-VIII от 1.03.18 г. "О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно упрощения некоторых аспектов нефтегазовой отрасли". - Ред.), который существенно изменил всю разрешительную структуру и приблизил Украину к лучшим международным стандартам регулирования отрасли. Закон очень качественный, он был разработан в том числе благодаря помощи канадских коллег.

— Что дает отрасли Закон о дерегуляции газодобычи?

— Он сокращает разрешительную процедуру более чем на восемнадцать месяцев. Он убирает пятнадцать разных разрешений и согласований, избавляет от многих архаичных требований еще советских времен и украинских "ноу-хау". Остается логичный процесс, который предусматривает, что компания, которая приходит, четко понимает, что у нее возникает один-единственный платеж за получение спецразрешения. Такие платежи, как платеж за прирост запасов и продление действия разрешения исчезают.

Потом компании надо решить три вопроса. Первый – землеотвод, компания договаривается с землевладельцем или землераспорядителем. Второй – промышленная безопасность. Тут нужно согласовать проект. Третий – экология, об этом мы уже говорили. И это все, никаких других процедур нет. Нет согласований проектов разработки месторождений в ЦКР (Центральной комиссии по разработке. – Ред.), не нужно получать горный отвод и т.п. Все это – целая эпопея, и от этого всего мы отказались. Поэтому я считаю, что эти изменения приблизили регуляторный режим Украины к лучшим регуляторным практикам мира.

Конечно, есть еще вопрос имплементации этого закона. Вторичное законодательство не все еще приведено к нормам закона. Мы насчитали порядка десяти актов, которые необходимо изменить, убрав из них те положения, которые уже упразднены на уровне закона. Часто так бывает, что проверяющие органы опираются на акты, которые ближе к ним. Я надеюсь, что в течение месяца этот вопрос будет решен.

– Какие еще шаги в этом направлении можно ожидать в ближайшем будущем?

— В Украине уже проведена большая работа по подготовке аукционов, в которых могли бы участвовать зарубежные игроки, и скоро такие аукционы начнут проводиться. Последние пару лет мы часто говорили о необходимости этого, изучали международный опыт, давали рекомендации, и сейчас правительство запустило этот процесс. Премьер-министр объявил о начале подготовки к международному раунду нефтегазовых аукционов. Мы рассчитываем, что до конца года будет организован первый раунд аукциона по понятным для иностранных инвесторов правилам и стандартам.

Отсутствие таких аукционов было одним из основных барьеров, сдерживающих развитие отрасли. Введена новая налоговая система, с разрешениями все нормально, а объектов для инвестирования нет.

Кроме того, практиковалось предоставление лицензий по распределению в неаукционном порядке, т.е. была политика двойных стандартов, что мы тоже критиковали публично. Недавно правительство приняло изменения в Постановление Кабмина №615 от 30.05.2011 г. "Об утверждении Порядка предоставления специальных разрешений на пользование недрами", которыми упразднило неестественность процедуры предоставления спецразрешений (речь идет о запрете выдачи специальных разрешений на нефтегазовые площади в обход аукционов Постановлением №333 от 25.04.2018 г. "О внесении изменений в порядки, утвержденные постановлениями Кабинета Министров Украины от 30.05.2011 г. № 594 и №615". - Ред.). Это – важный шаг, который поставил всех инвесторов в равные условия. Сейчас нет других инструментов для получения лицензии, кроме как через аукцион.

В этом направлении важно организовать качественный процесс. На данном этапе Госгеонедра уже вынесла пару участков на аукцион. Мы подошли к этому процессу со здоровой критикой, указали на то, что неприемлемо, и на то, что если участки будут предлагаться таким образом и в такой форме, то ни одни иностранный инвестор не придет на аукцион.

Нас услышали. Сегодня готовится порядка пятидесяти блоков, которые будут отобраны, укомплектованы необходимой геологической информацией. При поддержке правительства, международных консультантов, посольств стран-партнеров Украины, которые помогают нам в достижении энергетической безопасности и энергетической независимости, будут организованы прозрачные и понятные для международных инвесторов аукционы, конкурсы СРП.

— Можно ли рассчитывать, что все эти меры привлекут потенциальных инвесторов в ближайшем будущем?

— Благодаря тем изменениям, которые проведены в фискальной системе, благодаря существенному улучшению разрешительной системы, иностранные инвесторы с серьезными именами уже сейчас проявляют определенный осторожный интерес. Осторожный – потому что приходится восстанавливать доверие и к Госгеонедрам, и к отрасли в целом, где в последние годы происходили резкие изменения негативного характера.

— Вы считаете, что Госгеонедра также нуждается в реформировании?

— Госгеонедра – архаичный орган. Он абсолютно не соответствует тем современным стандартам, принятым сейчас в странах с развитой нефтегазовой отраслью, которые хотят привлечь инвесторов. Практика показывает, что этот орган существует сам по себе.

Конечно, надо реформировать Госгеонедра. Мы считаем, что должно быть выделено отдельное нефтегазовое направление. Этим должны заниматься люди, которые имеют соответствующую квалификацию и получают соответствующие зарплаты. Все должно быть прозрачно.

Нефтегазодобыча – это важная для страны отрасль, ей нельзя создавать искусственные преграды. Рента от добычи нефти и газа составляет 90% всей ренты, уплачиваемой добывающей отраслью. Вклад добычи нефти и газа и остальных ресурсов просто несопоставим. Нефегазодобывающая отрасль выплачивает 10% всех поступлений в бюджет страны.

Надо соблюдать принятые нормы, и если бюрократия будет мешать добыче, то страна получит меньше газа, меньше налогов.

Стоит отметить, что недавно правительство подписало меморандум с канадской стороной по поводу запуска проекта помощи Украине в реформировании разных секторов, и один из приоритетных – недропользование. В том числе важным сектором реформ должно стать реформирование Госгеонедр.

— Насколько процессу реформ поможет принятие Кодекса о недрах?

— Мы всячески поддерживали изменения базового законодательства, которое существует с середины 90-х годов. Разработка Кодекса о недрах предполагает сведение в один документ порядка 20 нормативно-правовых актов. Этот процесс начинался неоднократно, были разные проекты. Сейчас проектом Кодекса о недрах занимается Европейская комиссия, они подключили к процессу своих консультантов.

Но срок написания проекта Кодекса – 2020 год. Мы считаем, что реформа нефтегазовой сферы – важное, приоритетное направление. Поэтому мы будем искать возможности изменения законодательства, касающегося добычи нефти и газа в более короткие сроки. Мы четко понимаем, что нужно. Нужна реформа государственной геологической службы. Многие важные изменения в законодательстве можно реализовать в рамках модернизации одного закона "О нефти и газе". Международная практика показывает, что, как правило, нужны два закона, которые регулируют отрасли со своими особенностями – Закон о нефти и газе (Oil and Gas Law) и Закон о каменных ископаемых (Mining Law). Каждый из них имеет свои особенности.

Поэтому мы считаем разработку Кодекса важной инициативой, поддерживаем ее, но считаем, что приоритетные реформы можно реализовать намного быстрее путем точечных изменений.

— Какие изменения можно реализовать благодаря Закону о нефти и газе?

— О первом я уже сказал – реформа Государственной геологической службы, выделение в отдельное направление нефтегазового блока. Возможно также обеспечение определенной финансовой самостоятельности этого органа. В мире для этого используются разные инструменты, в частности, путем отчисления части ренты, уплачиваемой добытчиками.

Второе важное изменение, которое сейчас обсуждается с потенциальными инвесторами – новая, более защищенная форма сотрудничества между государством и недропользователями.

Третье, что бы мы хотели также предусмотреть в законодательстве – механизм предотвращения появления т.н. "спящих" лицензий, когда компании берут лицензии, но не используют их. Они не разрабатывают эти участки, застолбив за собою, и получается ситуация "ни себе, ни людям". Механизмы предотвращения таких ситуаций есть и сейчас, но они не работают. Мы изучаем существующие практики, чтобы понять, как сделать так, чтобы эта систем заработала, и чтобы появился какой-то мотивационный механизм, который заставлял бы новых лицензиатов более эффективно разрабатывать эти участки.

— Что еще можно сделать для привлечения инвестиций?

— Важный момент, и он непосредственно связан с проведением аукционов, – открытие геологической информации. Это критично. В прошлом месяце я посетил три страны, участвовал в трех отраслевых международных конференциях. Я рассказывал о проводимых в нашей стране реформах. Был проявлен интерес, и каждый раз мне задавали вопросы, касающиеся доступа к геологической информации. Этот вопрос должен быть решен, никто не будет платить деньги "за кота в мешке".

— Об открытии геологической информации уже давно говорят, в т.ч. и на разных отраслевых форумах. Когда можно ждать реальных изменений?

— Изменения, которые на законодательном уровне позволят открывать доступ к геологической информации, были подготовлены год назад. К сожалению, они до сих пор не приняты. Мы ожидаем, что в ближайшее время соответствующие документы все-таки будут отправлены в Кабмин, будут приняты, и тем самым будет дан старт открытию геологической информации. Все наработки есть, процесс запущен. Ждем. Аукционы и открытие геологической информации – взаимосвязанные процессы, которые не могут быть реализованы один без другого.

— Отраслевые эксперты также часто говорят о проблеме т.н. спящих лицензий. Насколько серьезна эта проблема, можно ли как-то оценить объем ресурсов, который можно было бы получить, если бы ее удалось решить?

Можно по-разному подходить к таким оценкам. Основные доказанные запасы газа – порядка 95% – сосредоточены у восьми-десяти компаний. Остальное – ресурсная база. Это то, что потенциально может превратиться в запасы. Какое-то количество лицензий есть на руках, но какое их качество, если ли там на самом деле запасы – сложно сказать. Это просто потенциальные участки, на которых можно что-то найти. Неправильно их держать, нужно, чтобы стимулировалась их разработка.

— Изменения в порядке переоформления лицензий в части оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС) привели к невозможности провести эту процедуру вовремя для некоторых спецразрешений из-за отсутствия согласования Минприроды и задержки публикации изменений в соответствующее постановление Кабинета министров. Что удалось сделать для решения проблемы системы ОВОС?

— Отрасль поддерживает соблюдение экологических стандартов и гармонизацию украинского законодательства с европейским. К сожалению, бюрократия срывает процессы. На начало июня в системе было больше ста заявок на бурение скважин, и ни одна из них не получила позитивную резолюцию. Все планы на бурение пришлось пересматривать, отсрочивать. Сама процедура ОВОС длинная – пять месяцев. Она требует выезда специалистов Минприроды или экологических отделов областных администраций. У Минприроды возможности ограничены. Выехать на каждый объект в срок было нереально. Им должны были помогать областные администрации. Они отказались это делать, потому что до них не довели расценки на проведение общественных слушаний.

На полгода введена отсроченная норма – компании обязуются пройти процедуру ОВОС за шесть месяцев без приостановления действия лицензии. Соответствующие изменения были внесены в Постановление Кабинета министров №615.

Мы ожидаем, что работа областных администраций будет разблокирована. Соответствующий приказ Минприроды уже заюстирован. В ближайшее время он должен быть опубликован в официальных источниках.

— Что можно было бы улучшить в системе ОВОС?

— Во-первых, мы бы хотели оптимизировать сроки проведения, сократить их с пяти до двух с половиной месяцев. Для этого нужно вносить изменения в закон.

Во-вторых, есть нормы, которые требуют проводить оценку влияния на окружающую среду при выдаче новых лицензий. Данное требование противоречит закону Украины и тому европейскому прототипу закона, с которого писался украинский вариант. В европейском законодательстве ОВОС предусмотрена только для тех проектов, где добыча газа превышает 500 тыс куб м в день. Если такой объем не достигнут, то компании не выкручивают руки и не требуют делать оценку на новую лицензию.

Представьте, что вы выиграли аукцион, получили участок, вы еще не знаете, есть ли там запасы, не знаете, где вы будете работать, еще ничего не нашли. Неизвестен ни объем работ, ни технологии, которые будут использоваться. Какие общественные слушания вы будете проводить? О чем? Это профанация: "Давайте сделаем, чтобы было".

Copyright © ЦОИ «Энергобизнес», 1997-2018. Все права защищены
расширенный поиск
Close

← Выберите раздел издания

Искать варианты слов
 dt    dt